Виктор Пелевин

Нелли присела рядом и уставилась на фигуру в центре ковра.
— Знаешь, — сказала она, — я в какой-то книге читала такую сказку. Будто бы на какой-то равнине воюют две армии, а над ними — огромная гора. И на вершине сидят два мага и играют в шахматы. Когда кто-нибудь из них ходит, одна из армий внизу приходит в движение. Если берёт фигуру, внизу гибнут солдаты. И если один выигрывает, то армия второго гибнет.
— Что-то я тоже похожее видела, — сказала Люся. — А, точно, в «Звёздных войнах», в третьей серии. Когда Дар Ветер дерется с этим, как его, на своём звездолёте, а внизу, на планете, всё как бы повторяется. Ты про этих психов говоришь?
— Так вот я сейчас подумала, — не отвечая на люсин вопрос, продолжала Нелли, — может, всё совсем наоборот?
— Наоборот?
— Ну да. Наоборот. Когда какой-нибудь отряд одной армии наступает или отходит, одному из магов приходится делать ход. А когда солдаты другого гибнут, он берёт у него фигуру.
— По-моему, никакой разницы, — сказала Люся. — И вообще, как посмотреть... Постой, ты что, намекаешь, что мы...
— Или они, — сказала Нелли, кивая головой куда-то вверх. — Ты это правильно сказала, что нет разницы.


Южная Америка - родина каучука, а потому древние тольтеки изобрели игру в мяч (хотя колесо им впрям было нафик не нужно). Две отборные команды гоняли волейбол, и проигравшую затем приносили в жертву Кецалькоатлю. Вот это, понимаю, был спорт!

одевая ошейник
на своего пучеглазого бульдога
и чувствуя себя
его полновластным хозяином
помни о том
что на прогулке
ты всё равно
пойдёшь туда
куда он тебя потащит (c)